И семечки грызу и на ихнее позолочённое «очко» поплёвываю. Вдруг, откуда ни возмись, неземной голос раздаётся – «Тревога! Тревога! Лазутчик! Лазутчик! Я всё вижу, я всё слышу. Не бросай в кучу, а то озвучу». Оглядываюсь по сторонам. Вроде бы никого нет. И сортир плотно закрыт. Ба! Смотрю в угол. А там «глазок» смотрит на меня и моргает зловещим взглядом. Прибегают «амбалы» -соглядатаи. Ведут в "камеру пыток". А там, урядник сидит - пытать начинает, вести допрос с пристрастием:
-Сортир, есть сортир. Бумага в одном месте, вода – в другом, а остальное – в третьем. Всё отсортировано. Так, что же ты нам отплёвывал? Никак буру от бражки отхарковывал?
-Нет. Семечки расколушовывал.
- Ах ты, поганец! Моё «очко» золочённое опоганиваешь! Вот тебе за это! 100 целковых с тебя сдираю , и повелеваю – дать ему щётку, зубную и порошок. Пусть он драит «очко» моё золочённое, за тридевять земель купленное.
- Эх, замочить бы тебя в сортире, лучше бы мы жили.
Обуздал я свой гнев, гнев «оборотня».Дома детки сидят, кушать хотят. Поплёлся «очко» драить.
Зашёл в сортир. "Глазу" кулак показал, молчать приказал.- «Если, ещё раз вякнешь - ты у меня обмякнешь».
А в душе моей кошки скребут, кошки скребут, на волю просятся. Видать голос «оборотня» где-то доносится.
Сделал я то, что он просил. Но я злобу уже затаил.
Закрыл «глазок» носовым платком, а сам думу думаю.
Что же придумать?
– Засунул шланг я в унитаз, и дал ему такой наказ:
"Как на него сядут –молчи, как с него встанут – мочи. И всей своей мощной струёй ты эту "рожу отмой". Да направь струю не с холодной, а горячей водой.
- Ой! Ой! Ой! Я шо разводной?
- Если будешь ты выкобениваться, вместе с «глазом» обмякнешь довыпендриваешся.
А сам пошёл калачи допекать, моей жёнушке помогать. Прихожу, а она, бедная надрывается, вся в слезах, плачем заливается. "Что с тобой – спрашиваю - моя кровинушка?".
«Да посмотри ты – говорит она - калачи одной рукой вырисовываю, с противнем в печь ставлю. А они, как будто не признают меня. Не с нулём, а с вопросиком вылазуть,да все такие серые, словно перегорелые».
Посмотрел я на печь, своим механизаторским взглядом её обвёл. И говорю ей – «Тута проблема в том, что сто грамм ей не подаём. Печь закрывать с умом надо. Перед тем, как закрыть, воду поставить надо. Тогда калачи будут румяненькими , словно девки ладненькими.
А тем временем урядник обход проводил. На калачиках знак качества ставил. Пришёл и к нам. Но не вырисовывается у него знак качества, на серых калачах. Словно бура, отхарковывается.
«Что же вы наделали? Мои калачики испортили – кричит он – Вот вам за это! Довольствия лишаю, оклад вычитаю.»
А сам, калачики забрал и отдал псам – «амбалам».
От такого перенапряжении жёнушка моя в затмении.
В обморок упала, глазки закрыла.
Отвёз я её в больницу, на излечение.
А врачи говорят – «Чтобы лечить, надо платить. Платите за излечение».
Пошёл я к уряднику за грошами.
«Дай – говорю – ты мне задаток, 100 целковых. Я оклад получу и всё возвращу.»
«Какой тебе задаток – говорит урядник - ты и так дебитор, пора тебя в долговую яму сажать.»
Поплёлся я ни с чем.
Пришлось деревенских опрашивать, у бедняков одалживать.
Пошёл к врачу. Всё заплатил.
Лебядинушку свою за руки, здоровую, вывел.
Пошла она к уряднику, больничные получить, детишек молочком накормить.
«Вот тебе трудодень. Это за день. А трудодень – это палочка. А всего их – десять. Эй! «Амбалы»! выписать ей десять палок, чтобы неповадно было по больницам бегать, тунеядствовать» - говорит урядник.
«Врезали» они ей десять палочек. Совсем захворала моя кровинушка. Залегла и умерла лебядинушка.
Тут, вообще у меня кровь взыграла. На место отдыха хожу. Места себе не нахожу. Злость бурлит во мне. Душу кошки скребут, на волю просятся. Голос «оборотня» рядом доносится.
Будь ты «Господь», будь ты банкир! Не лишай людей уважения! Ведь они тебе доход приносят, ведь они тебе богатство вносят!

А хозяйский шланг заложил меня. Всё хозяину выложил.
Теперь, свободный, я хожу в одиночестве,
словно «оборотень» в ….отрочестве.
По лесу хожу, детям молочко ищу….

Добавлено (24.02.2010, 14:13)
---------------------------------------------
В одном лесу жил медведь. Медведь-то он был ничего. Да вся беда в том, что сильно любил командовать.

И всегда удивлялся — почему все звери не живут так правильно, как он, медведь. Вот недавно пытался он заставить зайцев спать зимой. Что тут непонятного — зимой, когда холодно и есть все равно есть нечего, надо не носиться по лесу, а спокойно спать в берлоге. Ну заставил медведь зайцев берлогу соорудить, а что толку-то? Как только он уснул, зайцы-то все повылазили из берлогии и всю зиму жили как хотели. Да и сейчас все по старому. А медведь с зайцами до сих пор судится… Или вот прошлым летом бобры никак не могли плотину поделить. А медведь все лето слушал, как они ссорятся, да решить не мог, кто из них прав. А осенью взял и разломал всю плотину — раз не могут решить чья — пусть не чья будет. Бобрам из-за его справедливости даже перезимовать негде. Хорошо хоть зайцы берлогу уступили.

А этой весной встал медведь злой-презлой. Вышел из берлоги и срзу на пчелиный рой наткнулся. Пчелы тоже не лыком шиты — взяли да искусали его. Решил медведь, что нужно всех пчел срочно извести, тем более, осенью пчелы весь мед по случаю лосю продали. А за чем лосю мед? И вообще, все у них не правильно устрено. Бедные пчелы трудятся всю жизнь на Матку, а та палец о палец не стукнет, еще и трутней вокруг себя развела.
Разнеслася по всему лесу весть, что медведь пчелам войну объявил. Собрались звери на совет, стали решать, кого потдерживать. У пчел много противников нашлось — кого они прошлым летом покусали, кого и того давнее, кому просто с медведем ссориться не с руки. Вон белка с пчелами на одном дереве живет, если медведь разозлится, то и ей достанется. Лиса больше всех старалась — она-то на мед свои виды имела, да и повоевать была непрочь. Но нашлись и те, кто вообще войны не хотел. Вот лось например. Ему бы со своими делами разобраться, а тут еще и война. Да и мед он пчелиный по осени хорошо продал. Но и с медведем ссориться нехочется. А с другой стороны — у него уже договор с пчелами на седующую осень заключен. Ну просто беда….
Медведь послушал, послушал, лису в сторону отозвал, и объявили они пчелам ультиматум — коли до утра Матка не сдастся, то на утро от улья ничего не останется. Пчелы, конечно, сдаваться не стали — сказали, сами всех покусают. Да тут к ним еще и мухи с коморами присоеденились. А муравьи, вообще, обещали у медведя в берлоге муравейник построить.

С утра медведь с лисой улей грязью закидовали. Надел медведь маскитную маску, засунул лапу в улей, а пчелы лапу-то и покусали. Тогда медведь с лисой еще грязи подкинули. Вобщем, война не на шутку разыгралась. Некоторые звери давай пчел жалеть, кто словом, кто делом поможет. Зайцы в улий капусты натащили,а лось медведю нотации читает, да уму-разуму поучает.

Кто знает, какое лето будет в этом лесу…
А ты, дорогой читатель, сам решай, кто прав, кто виноват, мы этого и сами не ведаем.

Добавлено (24.02.2010, 14:15)
---------------------------------------------
Сказка о договорных отношениях (юридических)
- Король сказал, что двери его сокровищницы открыты передо мной! – буркнул рыцарь.
- Они и открыты, - миролюбиво откликнулся кладовщик. – Прямо перед твоим носом.
- Тогда дай мне войти.
Кладовщик не сошел с порога.
Рыцарь нахмурился:
- Ты не выполнишь приказ короля?
Кладовщик покачал головой:
- Если ты войдешь, двери сокровищницы будут открыты не перед, а за тобой. Вот это – уже серьезное нарушение приказа.
- Для чего мне распахнутые двери, если я не могу пройти внутрь? – вспылил рыцарь.
- Понятия не имею. Строить догадки о королевских намерениях не в моих привычках.
- Король хотел, чтобы я сам выбрал себе в сокровищнице награду!
- Он именно так и сказал?
- Нет, - признался рыцарь. – Он произнес: «В награду за то, что ты поразил дракона, двери моей сокровищницы открыты перед тобой!»
- Угу, - кивнул кладовщик. – Я так и думал.
Рыцарь взялся за меч.
- Я при исполнении, - напомнил кладовщик. – Не советую.
Насупившись, рыцарь произнес:
- Ладно. Я скоро вернусь.
Он развернулся и зашагал прочь.
- Как только ты появишься тут, двери тотчас же перед тобой откроются! – заверил кладовщик рыцарскую спину и сомкнул створки.
Через полчаса у входа в сокровищницу загрохотала железная перчатка.
Кладовщик выглянул:
- Быстро ты.
- Пропускай! – бросил ему рыцарь брюзгливо.
Кладовщик поднял брови:
- Король сказал еще что-нибудь?
- Нет, - ответил рыцарь. – Он не сказал. Король написал.
Рыцарь протянул кладовщику свиток, тот развернул его и медленно, по складам, прочел: «Подателю сего, рыцарю, поразившему дракона, разрешено войти в королевскую сокровищницу и взять там то, что рыцарь сочтет достойной для себя наградой».
- А потом ты положишь то, что взял, на место? – поинтересовался кладовщик.
- Читай дальше, - скомандовал рыцарь.
Кладовщик отмотал от свитка еще немного и продолжил: «Взятое рыцарь волен вынести из сокровищницы и использовать по своему разумению, для своего блага и без всяких ограничений. Подпись – Король».
- Какой король имеется в виду? – уточнил кладовщик.
Рыцарь ткнул в самый конец свитка – там стояла приписка: «Нашего королевства». Под текстом красовались три печати – чернильная, из воска и из красного сургуча.
- Все верно, - с сожалением согласился кладовщик. – Что ж, выбирай.
Рыцарь ступил через порог, повел носом и прошелся вдоль полок.
- Я возьму это, - сказал он, ткнув пальцем в ближайшую драгоценность.
- Ты уверен? – кладовщик всем своим видом советовал рыцарю отказаться от замысла.
- Абсолютно.
Кладовщик что-то нацарапал на бумажном листе.
- И еще это, - рыцарь, надувая щеки и натужно краснея, снял с верхней полки огромный ларец.
Кладовщик сокрушенно добавил каракулей.
- Какая нужда записывать? – с подозрением спросил рыцарь.
- Для порядка.
- Король увидит список?
- Не исключено. Если его величество вдруг пожелает узнать, какую награду ты выбрал, я буду готов к отчету.
- Ладно, пусть будет так, - рыцарь потер ладони. – Тогда еще это, и это, и вон то.
- Не многовато ли? – со значением в голосе заметил кладовщик.
- В самый раз. Тем более, что я не закончил.
- Думаю, будет лучше, если я сейчас же сообщу королю, что тут делается, - тоскливо вздохнул кладовщик.
Рыцарь небрежно вынул из-за пазухи клочок пергамента и предъявил его кладовщику. На пергаменте значилось: «Рыцарю – не мешать!» Внизу, как положено, вилась подпись «Король. Нашего королевства.», и виднелись три печати.
Пыхтя, рыцарь выволок из угла туго набитый объемистый мешок.
- Ми-шок, - произнес вслух кладовщик, ожесточенно карябая пером, и добавил: - Сколько добра уходит!
- У кого уходит, а кому добавляется, - процедил рыцарь, шатаясь под тяжестью толстенного рулона.
- Зачем тебе ковер? – возмутился кладовщик.
- В дополнение к гобеленам! – отрезал рыцарь и полез за гобеленами.
Кладовщик перевернул свой листок на другую сторону.
- А это что? – полюбопытствовал рыцарь, разглядывая массивную кованую конструкцию непонятного назначения.
- Не знаю, - пожал плечами кладовщик. – Раз находится здесь, наверное, что-то ценное.
- Беру, - решил рыцарь.
Кладовщик вывел в реестре: «Жулезяка тижолая – 1 шту.», - и шмыгнул носом.
- Ну, теперь вон тот сундук, два ящика и короб со шкатулками. Пожалуй, все, - рыцарь вытер пот со лба. – Ах, да! Еще тележку!
Кладовщик встрепенулся:
- В приказе было написано «вынести». Все, что не сможешь унести, останется здесь!
Рыцарь пошарил за пазухой. На очередном куске пергамента имелось короткое разрешение «Пусть вывозит!», заверенное королевской подписью и тремя печатями.
Взвалив на тележку свою награду и перевязав ее веревками, чтобы куча не рассыпалась, рыцарь попробовал сдвинуть тележку с места. У него ничего не вышло.
- Помогай! – пропыхтел он утомленно.
- И не подумаю! – мотнул головой кладовщик. – Об этом речи не было.
Рыцарь полез за пазуху. Кладовщик вздохнул и налег на тележку. Колеса страдальчески скрипнули.
Они с трудом выпихнули поклажу через двери.
- Дальше на меня не рассчитывай! – злорадно заявил кладовщик. – Мое место в сокровищнице!
- А ты мне больше и не нужен.
Рыцарь свистнул.
Пол и стены затряслись, и в галерею ступил дракон.
- Тащи! – крикнул рыцарь и бросил дракону конец каната, привязанного к тележке.
- Ну, ты даешь! – хмыкнул дракон, обозрев гору ценностей.
Кладовщик раскрыл рот и сполз спиной по стенке.
- Представляешь? – дракон подмигнул кладовщику и кивнул на рыцаря. – Этот прохиндей собрал уже четырех принцесс! Каре!
Рыцарь пожал плечами.
- Ты же утверждал, что поразил дракона! – в отчаянии крикнул ему кладовщик.
- Конечно, поразил! – подтвердил дракон, впрягаясь в тележку. – Этот рыцарь и теперь продолжает меня поражать.

Добавлено (24.02.2010, 14:22)
---------------------------------------------
Козел и Медвежонок...
Старый медведь помер. Оставшийся хозяином в лесу медвежонок, был еще мал и поэтому многие звери почувствовали вольницу. Хряк, козел и плескавшиеся в речке шпроты, в полный голос перемывали покойному кости, не забывая о наследнике. Из соседнего леса задумчиво щурился полосатый тигр - в отличие от остальных он хорошо помнил старую заварушку со стаей волков, в которой ему повезло оказаться с медведем на одной стороне и посмотреть косолапого в деле. И он понимал, что не просто так теперешний волк старается не портить с медведем отношения. С другой стороны медвежонок еще маловат, а лес у него велик, ой велик.

Поэтому козлу, хряку и шпротам он на всякий случай дружелюбно пообещал свое покровительство, в обмен на травлю медвежонка - нехай сидит в берлоге и не высовывается. Те, поняв это по-своему, обнаглели в конец и подняли в лесу такой визг о задавленных и сьеденных медведем собратьях и порченной малине, что уши закладывало иногда даже у тигра. Плюс не особо успешная возня медвежонка с горным шакалом, в которой тот победил еле-еле и то по очкам, добавляло крикунам храбрости. И если хряк по причине природной лени повизгивал только за компанию, а шпроты булькали меж собой и из под воды их особо слышно не было, то козел, в силу горячего темперамента, возбужденно тряс рогами и во всеуслышание грозился медведя забодать.

Гром грянул неожиданно - если раньше козел просто бродил вокруг берлоги и воинственно блеял, на что медвежонок только недовольно ворчал, то теперь он решил привести к порядку живущего возле берлоги бурундука, который давно мозолил ему глаза. Бурундук вроде как по старой памяти дружил с медвежонком, но того давно не было видно, тем более, что тигр одобрительно подмигивал из соседнего леса...

Но на этот раз все пошло не по плану - неожиданно для всех из берлоги высунулась лапа и двинула козлу так, что он, громко блея, пролетел через весь лес. Потом из берлоги вылез медвежонок, за это время вымахавший почти с папашу, и пошел искать, куда улетел козел. И, судя по выражению морды, совсем не за тем, что бы извиниться.

Всем резко поплохело: козел метался по лесу со скрученными в косичку рогами и требовал, что бы лесное сообщество спасло его от агрессивного медведя. Разбуженный хряк озабоченно повизгивал, не столько из солидарности, сколько от нехорошего ощущения, что следующим на очереди может быть он. Шпроты заметались, из за чего речка практически кипела - старый медведь любил порыбачить и если молодой пошел в папашу...

Тигр, которому в основном адресовались козлиные жалобы, сидел в философских раздумьях: с одной стороны хоть и козел, но союзник, с другой, когти у медведя длинные и зубы огого, хоть и меньше чем у папаши. Вон волк опосля медвежьих когтей совсем зарекся на чужие поляны зариться, хотя дело казалось выигрышное и поначалу удалось медведя ажно до берлоги загнать.

Сам волк, хоть и не показывал виду, но все же про себя ухмылялся. Он, в отличие от остальных, отношения с медведем держал хоть и не дружеские, но ровные, в чужой огород не лазил и получить промеж ушей не рисковал.

Еще не рисковал огрести петух - в силу того, что просто не мог поклевать много из-за размеров. Поэтому сейчас он носился над взбудораженным лесом и пытался мирить всех подряд. Правда получалась это неважно - козел был слишком напуган, а медведю так все осточертело, что он гонял козла не отвлекаясь на петушиные вопли откуда-то сверху.

За ними на почтительном расстоянии бегал хряк и возбужденно повизгивал- ему давно намекали, что молодой медведь может попросить назад ту дубовую рощу на берегу, которую старый дал ему попользоваться просто потому, что желудей не ел. Но в той же роще находилось любимое медвежье место для рыбалки, с которого хряк медвежонка выживал чисто из вредности. Теперь ему могли припомнить старые грешки и рощу отобрать совсем. И, судя по ситуации с козлом, на тигра надежды было мало.

Шпроты просто паниковали: с одной стороны, в речке они были большинством, с другой стороны, речка разделяла два леса, и в случае чего вся движуха шла по их головам, в не зависимости от их желания. Причем даже самые невменяемые шпроты понимали, что для любого берегового жителя они просто легкая закуска, а кто будет прислушиваться к мнению закуски.

Те временем енот, которому козел тоже попортил немало крови, из солидарности с бурундуком, да и пользуясь, честно говоря, удобным моментом, лихо затер козлиные метки на ведущей к его логову тропе. С одной стороны, это оправдывалось скотским поведением козла, с другой, даже ежу было понятно, что козлу сейчас ну очень сильно не до него. Тем более, он тоже дружил с молодым медведем, и тот его поведение молчаливо одобрял, что изрядно добавляло еноту смелости: тигр то далеко, а медведь под боком, и, в случае чего, ему только, как вот сейчас, лапу протянуть.

В кустах тихо радовался заяц - несмотря на недовольное повизгивание других зверей и предложение тигра нагадить медведю на порог, он продолжал держать нейтралитет и, как показал пример козла, не зря. Теперь он мог спокойно пожевывать травку - перспектива разборок с разъяренным медведем, в отличие от всяких козлов и хряков, ему не светила. И это было, черт возьми, прекрасно!

Добавлено (24.02.2010, 14:25)
---------------------------------------------
Лиса, Заяц и Лесная Конституция
Жили-были Лиса да Заяц.

У Лисы была избёнка ледяная, а у Зайчика лубяная.

Пришла весна – у Лисицы избёнка растаяла, а у Зайчика стоит по-старому.

Лиса попросилась у Зайчика погреться, да Зайчика-то и выгнала. Идёт Зайчик и плачет, а ему навстречу Собаки: «Тяф, тяф, тяф! О чём, Заенька, плачешь?»

А Зайчик отвечает им: «Как мне не плакать? Была у меня избёнка лубяная, а у Лисы ледяная. Пришла весна – у Лисицы избёнка растаяла, а у меня стоит по-старому. Попросилась Лиса ко мне ноченьку переночевать, да меня же и выгнала».

«Не плачь! – говорят Собаки. – Мы её выгоним».

Подошли все к избёнке: «Тяф, тяф, тяф! Поди, Лиса, вон!».

А она им с печи отвечает: «Ах вы, шкуры позорные! Да вы на кого свои пасти-то посмели разявить? У вас что, своих проблем чтоль мало? А лицензии на охранную деятельность у вас надлежаще оформлены или «вчерную» работаем? Проблем захотели? Значит так, чтоб теперь мне сюда каждое утро свежую курочку на обед приносили!»

Собаки обрадовались, что так легко отделались, и убежали.

Зайчик опять идёт да плачет. Ему навстречу Медведь: «О чём, Заенька, плачешь?»

А Зайчик отвечает ему: «Как мне не плакать? Была у меня избёнка лубяная, а у Лисы ледяная...

«Не плачь! – говорит Медведь. – Я выгоню её». – «Нет, не выгонишь! Собаки гнали – не выгнали, и ты не выгонишь». – «Нет, выгоню!»

Подошёл Медведь к избе и давай гнать: «Поди, Лиса, вон!»

А она с печи: «Ну ты, Медведь, попал! Ты что думаешь, я сюда так, без вышестоящей санкции что ль вселилась? У тебя что, своих проблем чтоль мало? Ты сколько пасек в прошлом финансовом году разграбил, сколько телок у мужиков задрал? А налог НДПИ сполна заплатил? Проблем захотел? Чтоб теперь мне сюда каждый день свежего барашка на ужин приносил!»

Медведь обрадовался, что так легко отделался, и убежал.

Идёт опять Зайчик да плачет, а ему навстречу Петух с косой: «Кукареку! О чём, Заенька, плачешь?» – «Ах, как мне не плакать? Была у меня избёнка лубяная, а у Лисы ледяная...

«Ну это горе не беда! Пойдём, я выгоню». – «Нет, не выгонишь! Собаки гнали – не выгнали, Медведь гнал – не выгнал, и ты не выгонишь». – «Нет, выгоню!»

Подошли к избёнке. «Кукареку! – кричит Петушок. – Несу косу на плечи, хочу Лису посечи! Поди, Лиса, вон!»

Лиса ухмыльнулась и говорит: «Иду, иду. Одеваюсь уже». А сама по мобиле знакомому корешу из Лесной Администрации звонить.

Петух опять: «Кукареку! Несу косу на плечи, хочу Лису посечи! Поди, Лиса, вон!»

Лиса отвечает: «Бегу, бегу! Шубу уже надеваю!» А сама диктофон включает.

Петух в третий раз: «Кукареку! Несу косу на плечи, хочу Лису посечи! Поди, Лиса, вон!»

Тут из-за кустов выскочил Лесной ОЗОН, Петуха с Зайцем на землю повалили, копытами потоптали, в кутузку затолкали, в тюрьму увезли. В Суде Лесном долго-долго мурыжили, на длиные-длинные срока за терроризм осудили.

И стала Лиса в избушке жить-поживать, добра наживать, да в лесных газетах передовые статьи на юридические темы писать: «Это раньше у нас в лесу был волчий закон и права зверей попирались. Теперь же у нас Лесная Конституция и Правовое Государство. А если и случилась где какая несправедливость - так на то Суд есть Лесной, он все по закону да по справедливости разбирает. На то у нас там самые честные и самые неподкупные Шакалы да Хорьки заседают. А что касается разных якобы русских народных сказочек про Зайцев да Петухов-террористов - так еще надо разобраться кто эти экстремистские материалы распространяет и соответствующую юридическую оценку этим деяниям дать.»

Добавлено (24.02.2010, 14:26)
---------------------------------------------
Сказка про Мальчиша-Плохиша
В 5-А классе провинциальной элитной школы на уроке литературы царил хаос. Юные дети бизнесменов и чиновников никак не желали изучать литературное наследие своей страны. Тогда учитель объявил:

- Сейчас я расскажу вам сказку. Про храброго Мальчиша-Плохиша, злого Мальчиша-Кибальчиша, Кровавых Большевистских Комиссаров и Славную Белую Гвардию.

Дети притихли.

- Давным-давно, когда не стало в нашей стране законной власти, когда безбожные большевики подговорили чернь бунтовать против Веры, Демократии и Частной Собственности, когда по русским деревням ходили миллионы китайцев и латышей, расстреливая крестьян и отбирая хлеб...

- У-у-у, китайцы! - возмутился Адольф Квасной, бритоголовый сынок владельца магазина. - Понаехали, продают свое всякое, рынки захватывают... И косоглазые к тому же. А ещё жиды, азеры...

- ...Так, вот, в то время, как кровавая пелена опустилась на Святую Русь, жили в одном селе Мальчиш-Плохиш и Мальчиш-Кибальчиш. Мальчиш-Плохиш был сыном зажиточного крестьянина, воспитывался в почтении к властям, Царю и Богу и Законам Рынка. Когда пришли Кровавые Большевистские Комиссары, отец его ушёл воевать в Белую Гвардию, а сыну завещал хранить нажитую непосильным трудом Частную Собственность, прятать от городских голодранцев хлеб, чтобы они, пролетарии то есть, скорее загнулись от голода. И сын исполнял отцовскую волю, ловко пряча от страшных латышей и китайцев хлеб.

Мальчиш-Кибальчиш же был сыном злого и бедного крестьянина, оборванца и лентяя, который на своих двух десятинах не мог прокормить толком двоих детей. Потому и рос Мальчиш-Кибальчиш таким же злым и голодным.

Но вот с юга пришли радостные вести: Славная Белая Гвардия под водительством Его Превосходительства победным маршем шла освобождать Святую Русь от коварных большевиков.

И пришли тогда в село Кровавые Большевистские Комиссары, и под дулами пулеметов забрали всех взрослых мужчин, и отправились атаковать Белую Гвардию.

Но разбила Славная Белая Гвардия Кровавых Большевиков, и побежали большевики обратно.

Пришли во второй раз в село, и забрали под дулами пулеметов всю молодежь, кому исполнилось четырнадцать лет, и вновь пошли на Белую гвардию.

И второй раз разбила Белая Гвардия Кровавых большевиков, и бежали они неудержимо, и бросали в селе свои винтовки, пулеметы, черные бомбы, белые снаряды да желтые патроны.

- Ура! - воскликнул Паша Недоренненкампф, генеральский сынок. - Наши победили!

- ... Нет, - продолжал учитель. - Не все так просто. Обрадовались было селяне, что ушли Кровавые Большевики, да забыли, что живет в их селе такой злодей, как Мальчиш Кибальчиш. Этот нехороший, злой мальчиш думал так: "Армия Кровавых Большевиков уже идет на подмогу. Соберу сейчас всех мальчишей, кто в селе остался, и поведу их на Белую Гвардию. Мне бы только день простоять да ночь продержаться, а там придут большевистские полчища, побьют Белую Гвардию, и наградят меня, Мальчиша-Кибальчиша, Жидовской Пентаграммой на грудь, дадут мне жидовский пистолет маузер, будут кормить меня черной да красной икрой, и буду я, Мальчиш-Кибальчиш, ходить с тем маузером да мучить маленьких деточек, дворянских, купеческих да поповских сынков и дочек. А буду стараться, буду жестоко пытать и расстреливать - так сделают меня Большевистским Комиссаром, и тогда заживу я совсем хорошо, буду творить что душе угодно."

Вышел он тогда на улицу, подобрал пулемет, и закричал на все село:

- Эй, мальчиши-малыши! Выходите на улицу, пойдем драться с Белой Гвардией, чтобы успели к нам прийти Кровавые Большевики! А кто не хочет идти - того я немедля поставлю к стенке и расстреляю из пулемета!

- ...Экой негодяй! - возмутился Генрих Скуратов, сын генерала ФСБ.

- ...Вышли тогда мальчиши, понурившись, взяли винтовки и под присмотром Мальчиша-Кибальчиша пошли на Белую Гвардию.

Мальчиш-Плохиш тоже пошел. Но он думал о том, как помочь Славной Белой Гвардии, как не дать Кровавым Большевикам разгромить отважных героев. Но ничего не мог придумать.

В это время Его Превосходительство, Белый Генерал, увидел в бинокль идущих прямо навстречу детей.

- Господа! - объявил он. - Отступаем, не стреляем! На нас идут дети!

Ибо не было такого, чтобы Славная Белая Гвардия воевала с детьми.

Весь день сидели в окопах воины Белой Гвардии и дети. Уже недалек был тот час, когда придут несметные большевистские полчища и победят Белую Гвардию. Мальчиш-Кибальчиш радостно покрикивал:

- Стоять на месте, мои красноармейцы! Скоро придут Кровавые Большевики и будет нам работа! Нам бы только день простоять да ночь продержаться!

А Мальчиш-Плохиш все думал, как подсобить Православному Воинству. И увидел он, наконец, как в одном месте сложил Мальчиш-Кибальчиш про запас черные бомбы, белые снаряды да желтые патроны. И мигом все придумал.

Скрытно подобрался к боеприпасам, подпалил их спичкой, и побежал тайком к позициям Белой Гвардии.

- Здравствуйте, Ваши Благородия! - закричал Мальчиш-Плохиш белым офицерам. - Я поджег боеприпас большевиков! Сейчас будет взрыв! Скорее, хватайте злого Мальчиша-Кибальчиша и спасайте детей!

Обрадовались белые офицеры, подхватили Мальчиша-Плохиша на руки и понесли к самому Белому Генералу как героя.

Обрадовался и Белый Генерал. И спросил, чем наградить Мальчиша.

- Не надо мне никакой награды! - ответил Мальчиш-Плохиш. - Мне лучшая награда - жизнь в свободном обществе, где незыблемы Общечеловеческие Ценности и уважают Частную Собственность.

- Нет, так нельзя, - нахмурился Белый Генерал. - если мы не наградим тебя, это будет нарушением Законов Рынка, которые мы защищаем. Ты же не Кровавый Большевик, в самом деле, чтобы что-нибудь делать задаром?

И вручили Мальчишу-Плохишу банку варенья и корзину печенья.

А Мальчиш-Кибальчиш уже обрадовался, что скоро придут несметные большевистские полчища, и наградят его за службу, когда прямо у него под боком взорвались ящики с черными бомбами, белыми снарядами да желтыми патронами.

- Измена! - закричал Мальчиш-Кибальчиш.

Но тут из дыма появились белые воины, и поймали злого мальчиша, и привели его под светлые очи Белого Генерала.

- Мальчиш-Кибальчиш, - сурово нахмурившись, сказал Белый Генерал. - Вина твоя велика. Но мы, снисходя к твоему возрасту, обещаем тебя помиловать, если ты раскаешься и расскажешь о военной тайне большевиков. Отчего страшная большевистская зараза распространилась на Святой Руси? Откуда такая сила у злодеев?

Но столь велика была ненависть Мальчиша-Кибальчиша к Базовым Общечеловеческим ценностям - Свободе Предпринимательства и Частной Собственности, что не убоялся он справедливого возмездия, а лишь засмеялся в глаза белым офицерам:

- Военная тайна, говорите? Наша тайна проста: мы, Кровавые Большевики, вступили в сговор с Темными Силами, Коварными Жидомасонами, дабы погубить всех православных христиан и учредить на Святой Руси Царство Антихриста. И не успокоимся мы, пока не будет убит последний купец, генерал, помещик и поп.

И понял Белый Генерал, что не исправить ему Мальчиша-Кибальчиша, и ужаснулся, будто заглянул в бездны сатанинские. И сказал:

- Чтож, мы, Православное Воинство, будем стоять до конца, ибо нет нам жизни в мире, где не будет Частной Собственности. А ты, мальчиш, будешь казнен.

И велел казнить злого мальчиша.

- И что же, Мальчиш-Кибальчиш перед смертью не причастился Святых Христовых Тайн? - спросил Иоанн Сивуха, поповский сынок.

- Нет, не причастился.

- Ай, безбожник! - возмутился попович.

- А что же с Мальчишом-Плохишом? - спросил Адольф Квасной. - И со всей Славной Белой Гвардией?

- ... Как только был казнен Мальчиш-Кибальчиш, налетели на Славную Белую Гвардию со всех сторон несметные большевистские полчища. Отважно сражались белые воины, но силы были неравны. Немногие спаслись, и среди них был Мальчиш-Плохиш. А Белая Гвардия проиграла, и на семь десятков лет на нашу страну опустилась кровавая пелена. Но храбрый мальчиш не прекратил своей борьбы с большевиками, и когда германская армия пришла освобождать русский народ от большевистского ига, он был в её рядах. Но Кровавые Большевики обманом взяли его в плен, и казнили.

Очень долго память о Мальчише-Плохише усердно очернялась большевиками. Но теперь настал день и вам узнать правду.

Недавно на берегу широкой реки, на высоком холме установили памятник храброму мальчишу, как дань памяти этому борцу с кровавым режимом.

Летят самолеты с министрами - привет мальчишу!

Едут лимузины с чиновниками - привет мальчишу!

Плывут яхты с олигархами - привет мальчишу!

А пройдут бритоголовые с имперскими флагами - зиг хайль мальчишу!

Добавлено (24.02.2010, 14:28)
---------------------------------------------
Заработанный рубль.
Грузинская сказка.
Жил на свете кузнец. И был у него сын, да такой лентяй, что во всём свете не сыскать ему другого в пару. Ни одного медяка не заработал он за всю свою жизнь, хоть и прожил без малого двадцать лет.

Сам здоровый, сильный, а другого дела знать не знает — только ест, пьёт да на лежанке валяется.

Так и жил он, на отцовском хлебе.

Да вот пришло время — состарился отец, не под силу стало ему молот в руках держать. Слёг старик, чует — смерть близка.

Позвал он тут сына и говорит ему:

— Уж не знаю, в кого ты такой ленивый уродился. Я всю свою жизнь с работой дружен был, своими руками всё хозяйство нажил, а ты даже рубля заработать не можешь.

— Ну, рубль-то заработать не велико дело,— говорит сын.

— Что ж, пойди заработай,— говорит отец.— Заработаешь рубль — всё своё хозяйство оставлю тебе в наследство, не заработаешь — гвоздя ржавого после меня не получишь.

Что тут делать? Хочется ленивому наследство получить, а работать лень. Шуточное ли дело — целый рубль заработать, когда он сроду и медяка не нажил? А спорить с отцом тоже не станешь,— уж отец как скажет, так на том и стоит. Отцовское слово — точно гора каменная: каменную гору не сдвинуть, отцовское слово не изменить.

Ну, а у матери сердце жалостливое. Ведь какой ни на есть, а всё-таки родной сын!

Вот и говорит она ему:

— Слушай, сынок, дам я тебе рубль, ты пойди погуляй до вечера, а вечером придёшь, будто с работы, и отдашь отцу деньги.

Лень сыну шевельнуться, да делать нечего, надо идти. Взял он у матери рубль, взял бурдюк с вином, сыру и пошёл себе в горы. Целый день ел, пил, на траве лежал, птиц в небе считал, а вечером пришёл домой, подал отцу рубль и говорит:

— Вот, отец, возьми. Не легко мне этот рубль дался, спину разогнуть не могу, так наработался.

Взял отец рубль, повертел, повертел, со всех сторон осмотрел, с ладони на ладонь перебросил, да и кинул в огонь.

— Нет,— говорит,— не ты этот рубль заработал. Сын только плечами пожал: «Не веришь—не надо»,— и пошёл спать.

На другой день дала мать сыну второй рубль и учит его:

— Ты, генацвале, целый день хоть спи, хоть лежи, а будешь возвращаться домой — пробеги немного. Вспотеешь, устанешь — отец и поверит, что ты целый день работал, волю его исполнял, в поте лица деньги зарабатывал.

Жалко ленивому своих ног, а наследства отцовского ещё жальче. Взял он у матери рубль, взял еды-питья и снова отправился в горы. От восхода до заката пил, ел, на солнышке грелся, а вечером, как пришло время домой возвращаться, уж постарался,— полдороги бегом бежал. Прибежал к отцу весь мокрый. Повалился на скамейку и протягивает отцу монету.

— Ну и трудно же мне достался этот рубль,— говорит.— Точно вол, целый день работал. С ног валюсь от усталости.

Взял отец у сына рубль, опять повертел, опять со всех сторон осмотрел и опять в огонь бросил.

— Нет,— говорит,— обманываешь ты меня, сынок. Этот рубль даром тебе достался. Напрасно ты по горам бегал, только зря каламаны сбил. (Каламаны — деревенская обувь, сделанная из цельной кожи.)

А лентяю что? Усмехается: «Не хочешь, мол, так не верь». И завалился спать.

Спит лентяй сладким сном, а мать никак заснуть не может. Видит она, что не обмануть старика, только деньги зря пропадают, а сыну всё равно пользы никакой.

На другое утро разбудила она сына и говорит:

— Вот что, сынок, хочешь не хочешь, а надо тебе и вправду поработать. Отца — сам понимаешь — не перехитрить, а слово отцовское — сам знаешь — не изменить.

Нечего делать, пришлось лентяю послушаться. Целую неделю работал он на совесть: кому что принесёт, кому в чём подсобит, кто ему медяк даст, кто два медяка,— так и набрал рубль. Пришёл к отцу и высыпал перед ним полную пригоршню монет.

Перебросил старик монеты с руки на руку, послушал, как они звенят, а потом и говорит:

— Нет, сынок, опять ты меня обманываешь. Не ты эти деньги заработал.

Сгрёб все монеты и кинул в огонь. Не стерпел тут сын. Бросился он к очагу, голыми руками угли разгребает, из самого огня медяки выхватывает.

— Да что же это такое! — плачет.— Я целую неделю спины не разгибал, с раннего утра до поздней ночи на работе надрывался, а ты мои деньги в огонь, точно мусор, бросаешь!

Посмотрел на него отец и говорит:

— Вот теперь я верю, что ты сам этот рубль заработал. Чужих денег тебе не жалко было, чужие деньги дёшево стоят, а свои — трудом дались, вот ты их и пожалел. Так-то, сынок. Помни мои слова: будешь работать — и деньги будут, и всё у тебя будет. А не будешь работать, так и чужие деньги тебе не помогут. Чужому рублю — грош цена.

Тут завещал отец сыну всё своё имущество, а сам ушёл туда, откуда никто не возвращается.

Да будут долгими — в труде и богатстве — ваши дни.
***

На мой взгляд сказка имеет прямое отношение к нынешней российской экономике.

Мы сейчас находимся на стадии №2 - все еще проедаем родительские деньги, но уже "поумнели" и симулируем потливость - нанотехнологии, нацпроекты и пр. пр.

Добавлено (24.02.2010, 14:33)
---------------------------------------------
Едрить - твою за ногу!...
Самолёт президента Российской Федерации благополучно приземлился в аэропорту Назрани. Едва приоткрывается дверь,как через образовавшуюся щель вихрем проскальзывает Дмитрий Медведев в полной амуниции нинзя.
И густо раскидывая по сторонам всеми конечностями искрящиеся радостью сюррикены, бежит по ковровой дорожке выгнув спину, к главе республики Евкурову, встречающему его с гостеприимною улыбкой за надёжною бронёй танка Т-85.
А наперерез российскому гаранту Конституции несётся алый «Икарус» с венгерскими номерами и д

Добавлено (24.02.2010, 19:07)
---------------------------------------------
СКАЗКА О МОСКОВСКОМ ХАЛИФАТЕ
Рассказывают верные люди, что в городе Ульяновске давным-давно, в старые времена, правил Ленин-хан. Был он человек праведный, богобоязненный и уклоняющийся от всякого зла. В Ульяновском улусе, полученном Лениным по наследству от своего отца, павшего в неравном бою с неверными собаками, царили мир и благодать. С раннего утра выходил Ленин-хан на главную базарную площадь в окружении верных нукеров и учёных улемов и имамов. Садился он в кресло почёта и неукоснительно разбирал жалобы вдов и сирот на притеснителей. Слава о праведном наместнике Московского султана росла и ширилась, достигая размеров вселенной.

Ленин-хан наложил на холопов своих дани умеренные, и то, что поступало в казну, тратил щедрой рукой на сооружение мечетей, больниц и приютов для попавших на солончак бедствия. В быту Ленин был очень скромен и аскетичен – содержал только четыре жены и отрёкся от лукавых наложниц – как и подобает истинно-мусульманскому человеку. Прелестниц, отвлекающих мужчину от молитвы и вводящих в грех не содержал, соблюдая строжайшую верность всем четырём жёнам. Пример святого человека много значит: все беки, баи и простые люди заводили себе только самый небольшой гарем.

Как и подобает настоящему мужчине, Ленин-хан в подборе жён неукоснительно слушал свою мудрую мать. А старая Ханум не имела национальных и расовых предрассудков и потому купила сыну четырёх девушек со всех концов света. Как и заведено у благочестивых людей, жёны Ленина были покорны и плодовиты. Каждая из них родила повелителю одного сына и много дочерей. Девушек папа подарил своим самым преданным бекам в награду за верность, а сыновья выросли настоящими былинными богатырями. Имена сыновей были: Сталин, Муссолини, Гитлер и Троцкий. Их подвиги долго потрясали вселенную, а их распря золотыми буквами написана в скрижалях исторической правды.

Под рукой своего мудрого отца сыновья жили дружно и служили украшением Ульяновского ханства. Благочинию не было предела: все правоверные видели, как пять раз в день становился сребробородый Ленин-хан во главе своих сыновей на молитву. Люди радовались и не уставали восхвалять его за очевидную святость.

А в это время в столице русского государства – аль-Москве – царили разврат и непотребство. Вконец развращённая высокими доходами от экспорта углеводородов, правящая династия забыла Аллаха и утратила всякий стыд. Москвичи, с раннего утра наедавшиеся жирного плова с мясом, молились только по праздникам – мечети опустели и святые имамы оставались в небрежении. Более того: жители аль-Москвы от природной глупости и вредности стали склонять свои и без того длинные уши к проповедникам ложных учений – христианства, иудаизма и буддизма. Поразительно, но факт: гнусные сеятели этого разврата свободно ходили по столице, хотя по всем законам должны были томиться в глубоком зиндане в ожидании справедливой казни! Ещё немного – и они объявили бы Аллаха одним из многих возможных богов, которых, впрочем, никто и в глаза не видел. Хуже того: москвичи до того впали в нечестие, что дали своим женщинам свободу. А эти лукавые, но очень недалёкие существа, потеряв всякий стыд, как публичные девки, выходили на улицу без паранджи! Жители регионов – народ простой, но усердный в вере – приезжая в аль-Москву, не знали, куда деть глаза в этом вертепе разврата.

Аллах праведный и милосердный долго терпел такое надругательство над устоями самой жизни, но всему же есть пределы. Россия, отступившаяся от Бога, была предана Им в руки собственного нечестия: племена свирепых гяуров – германцев, поляков и чухонцев – как тучи саранчи закрыли небо над Россией. И тут правоверные опомнились: всем миром пришли в Ульяновск и на коленях стали молить Ленин-хана взять судьбу страны в свои праведные руки. Долго плакал Ленин-хан, показывая народу свою уже пожелтевшую бороду, грудь, где не было живого места от старых боевых ран и руки немощные – уже неспособные держать саблю. Но тут его любимые дети – Сталин-хан и Гитлер-бей выступили впереди просителей и заступились за всю Россию: выдюжим, отец!

Как только Ленин-хан изъявил согласие взойти на трон России, возликовала вселенная. Народ непрерывно плясал на улицах три дня и три ночи. А все морально разложившиеся люди, с утра наедающиеся жирного плова, в страхе бежали за границу: кто в Париж, кто в Лондон, а кто даже в далёкие вигвамы американских бедуинов.

Мирно и благолепно, совершенно без пролития крови Ленин-хан сел на трон московских султанов. Народ русский и все, кто с ним, возликовал душою: тут же было объявлено ополчение для отражения европейских варваров. Возглавили его два неукротимых в благочестии эмира – Минин и Пожарский: оба были зятьями Ленина и имели огромные заслуги перед султанатом. Видя такое исправление нравов, Аллах вернул своё расположение русскому народу: едва только увидев исламское воинство, германские племена позорно бежали с поля . Враг был разбит, победа осталась за нами!

После славной и великой победы все улемы, имамы и просто аятоллы собрались на Красной площади на первый всесоюзный курултай. И единодушно объявили Ленина халифом – защитником веры и мечом пророка. Пользуясь благоприятной геополитической конъюнктурой, первый халиф аль-Москвы решил немедля привести к покорности европейские племена, никогда не знавшие истинной веры и потому прозябающими в невежестве. С этой святой целью он на доходы от экспорта углеводородов снарядил большое войско и разделил его на три части. Самую большую армию он во главе с Гитлер-беем бросил на Германию – оплот дикости и гуманизма. Небольшое, но крепкое войско он дал Муссолини и отправил его в Италию – чтобы донести свет истинной веры до погрязших во грехе итальянцев, ливийцев и эфиопов. Небольшая, но верная дружина во главе со Сталин-ханом осталась беречь святую Русь. Самый младший и любимый сын – Троцкий-хан - войска не получил, ибо всегда проявлял большие административные и финансовые способности. Поэтому заботливый отец назначил его главным хранителем финансовых потоков и великим визирем России.

Чудесно прошли последние годы правления халифа Ленин-хана: Гитлер-бей в суровых битвах сломил гордых немецких горцев и утвердил зелёное знамя ислама над Берлином – главной твердыней закоренелых язычников. Муссолини привёл к покорности и обратил в ислам итальянцев, а багатуры Сталина зорко смотрели за нерушимостью границ халифата. Великий визирь Троцкий сметливо продавал неверным углеводороды на мировом рынке, а выручку рассылал старшим братьям с тем, чтобы они ни в чём не нуждались в своём джихаде.

Смерть халифа предварялась многими знамениями и чудесами. Была радуга среди ясного неба над аль-Москвой, в Успенской мечети Кремля с купола падали цветы, когда Ленин совершал вечерний намаз. Святые шейхи слышали глас свыше: скоро праведный халиф будет призван в чертоги горние. И вот час настал: все четыре сына собрались у одра Ленина слушать его политическое завещание, более известное как письмо к съезду улемов. Содержание его хорошо известно всем правоверным: всю северную и восточную Европу Ленин отдал в удел Гитлеру, повелев привести к покорности племена французов и англичан – и по возможности без пролития крови. Южную Европу и Африку он отдал в удел Муссолини, поручив водрузить знамя победы на мысе Доброй Надежды. Сталин был назначен халифом всея Руси как старший и мудрейший, а при нём – Троцкий как великий визирь и хранитель всех углеводородов державы.

Похороны прошли при огромном стечении народа: миллионы верующих пришли отдать долг великому праведнику. Видели: все четыре сына на руках несли гроб с телом Ленин-хана к Мавзолею. С тех пор место успения первого русского халифа стало местом паломничества: со всех уголков вселенной вереницей приходили правоверные, чтобы попросить заступничества у могилы святого. И много чудес было у гроба Ленин-хана: исцелялись хромые, глухие, слепые, однорукие, одноногие и просто болящие душою. Так при молодом халифе Сталин-бее аль-Москва стала самым благочестивым городом мира – настоящей Меккой и Мединой для людей праведных и удаляющихся от зла.

Добавлено (26.02.2010, 19:03)
---------------------------------------------
Жуть ..., кто еще коммунистов к власти хочет?

И еще, статья КУДА ДЕЛИСЬ ВЛАСОВЦЫ ПОСЛЕ ВОЙНЫ о жизни власовцев нашем городе.

Добавлено (03.03.2010, 12:13)
---------------------------------------------
Сказка о Темке в потемках

Пришел утром Тёмка к себе на завод. Встал у станка. А Мастер ему говорит:
- Шел бы ты, Тёмка домой. Уволен ты, брат.
Испугался Тёмка:
-Как же это вдруг, - спрашивает, - уволен? За что и про что?
-А ни за что, да ни про что, - Мастер ему в ответ. Приказ Хозяин подписал. Вот тебе, значит, расчет, - и ступай на все четыре поля.
Оглянулся Тёмка, посмотрел на рабочих. Стоят, рабочие, смотрят. Мастеру не перечат.
- Что ж это вы, братцы? Работал я хуже вас, или сделал чего не так? Зачем меня в шею гонят, а вы - молчок?
Пялятся рабочие взглядами в землю, глазами шнурки завязывают.
- Не ты, - говорят, - Тём, первый, - не ты и последний. Как ты раньше молчал, так и мы молчим. Иди, братишка, с богом. Ничего не попишешь.
Посмотрел на них Тёмка, посмотрел, - да протянул руку за расчетом. Смотрит - а денег-то - кот наплакал.
-Что ж это, - спрашивает, - моя зарплата вся?
Э, - отвечают, - больше не положено. Остальные долги через три дня да три года возвращать будут. Бери, Тёма, это, - пока дают.
Совсем смутился Тёмка.
-Как же мне теперь, без денег, да без работы? Мне деньги ох, как надо. Хлеба купить, за свет-воду платить, штаны пошить, Нюре букетик цветов справить. А пуще того, - Правда нужна. Разве можно, чтобы вот так с человеком обошлись? Где найти ее?
-Известное дело где, - ответствует Мастер. Правда там, где и деньги - у Хозяина. Хочешь права качать - дуй к нему.
Взял Тёмка свои гроши, и пошел к прямо к Хозяину. Заходит в контору. Там, за столом дубовым, с телефоном сотовым, под гербом двуглавым (тризубым), да под флагом цветным, сидит сам Хозяин. Руки на пузе сложил, перстнями играет. Важный. Подошел к нему Темка. Оробел маленько.
-Здравствуй, - говорит, - Хозяин.
- Здравствуй, Тёмка. С чем пришел? Приказ видел ли?
- Видел, Хозяин. Затем и пришел. За Правдой. За что меня с работы уволил, и денег не заплатил? У тебя ведь, каждый знает, за семью замками, за семью дверями, в стальном сейфе Миллион лежит. Много ли надо, - денег тех мне отдать, да на работу меня вернуть?
Усмехнулся тут Хозяин зубом фарфоровым. Рассмеялся хохотом громким.
- Лежит у меня Тёмка, Миллион в стальном сейфе. А может и два. А может и все двадцать. Да только ты тут, дурак, ни при чем. Работал ты на меня, Тёмка, миллионы мои делал. А сейчас не нужен ты мне, и не дам я тебе ни копейки. Что хошь, то и делай - не моя беда. Закон такой, Тёмка, и Правда теперь - в Законе.
Нажал тут Хозяин на кнопку красную. Зашли лбы из охраны, взяли Тёмку за шкирки, выкинули из конторы. На улице Тёмку досада взяла. Взял он камушек, запустил Хозяину в окно. Вернулись охранники, стали Тёмку ногами бить. Пришел потом Мент, и увел Тёмку. Идут они в управу, а Тёмка и говорит
- Отпустил бы ты меня, Мент. Я за Правду, а ты - за Закон. Ступай лучше, Хозяина забери, - он у людей деньги ворует.
Отвечает Мент:
-За Законом это ты, к Депутату иди. Мне один Закон - деньги. Дашь - отпущу, а не дашь - поживешь с недельку-другую у нас, в палате решетчатой. А Хозяин мне не враг - кормит он нас.
Отдал Тёмка Менту последние деньги, и пошел к Депутату.
Ходит Депутат по залу большому. Законы делает. Обращается к нему Тёмка:
- Помоги, Депутат, Хозяина наказать, и зарплату мою у него забрать. Уволил он меня, а деньги себе оставил. Правда ведь, говорят, в Законе, - а ты от нашего завода избирался, и значок красный у тебя на пиджаке висит. Одна на тебя надежда.
Как услышал это Депутат, замахал на Тёмку руками.
- Уйди, - говорит, прочь, дурак! Шляется вас тут таких, по сто рыл на дню. Мы с Хозяином вместе большие дела делаем, и законы я пишу для его надобности. Потому, что Закон там, где деньги - а деньги его, Хозяйские.
Растерялся тут Тёмка,
- Куда же мне, - спрашивает, идти? У кого Правды искать?
Смотрит на него Депутат, лыбу давит.
- Не знаю, - говорит, - я твоей Правды. Не видел. Если есть она, то только, может, у Бога. К нему и ступай.
Пошел Тёмка к Богу, в церковь. Заходит, - а там Поп стоит.
- Куда идешь? - спрашивает.
К Богу, - Тёмка отвечает, - иду. За Правдой. Чтоб Хозяина наказал.
Осерчал тут Поп.
- Против Хозяина, что ли, роптать удумал? Он же нам иконостас новый поставил, вагон свечек купил, да хоромы для братии выделил. Я те сейчас пожалуюсь, голодранец!
Отпихнул Тёмка Попа с дороги. Зашел в алтарь. Смотрит: сидит там Бог. Из золотой чаши благодать пьет, дымом кадильным закусывает.
- Здравствуй, - говорит, - Тёмка. Чего тебе, раб, здесь нужно?
- Здравствуй, Бог. Правды мне нужно. А говорят, что Правда, - в Законе, а Закон - в деньгах. Деньги же все - у Хозяина. Вот и нет мне ни денег, ни правды, ни закона.
- Верно, Тёмка, объясняют, - отвечает Бог. Потому как так заведено. Слушай Хозяина, бойся Закона и живи для денег. А Правды на свете сем не ищи. Может потом, на другом получишь. Надейся, жди - как зарплаты своей.
Понял Тёмка, - и здесь Правды нет.
-И ты, - говорит, - Бог, туда же. Невтерпеж мне так больше жить. Сам подумай - никакого тебе просвета. Разве что, руки на себя наложить - так ведь не по твоему это уставу. Сразу в ад ухнешь.
- А это, Тёмка, специально придумано. Для баланса. Чтобы, и мне, и Черту души на счет поступали. Вот Хозяин твой, например - три храма мне богоугодно построил. Как такого на небо не взять? А тебе уж, братец, богом написано в пекло идти. Дело вам известное - на том свете ад, на этом. Привыкнешь.
Ушел Тёмка от Бога. Чувствует, - совсем тяжело ему стало.
-Пойду - думает он, - на завод хоть издалека посмотрю. Соскучился. Авось, полегчает.
Любил Тёмка на родной завод смотреть - на трубы высокие, на цеха стройные. Ходит он вдоль забора заводского, смотрит, - стоит Человек, и бумажки печатные на забор вешает. Подошел к нему Тёмка.
-Кто ты такой, - спрашивает, - и что там, в бумажках твоих?
-Человек я - говорит Человек. А что в бумажках, - на вот, сам посмотри.
Взял Тёмка у него бумажку, и смотрит, что там написано. А написано там про то, как его, Тёмку, с завода без денег выкинули, как Хозяин над ним насмеялся, как Мент обобрал, Депутат прочь послал и как Бог обманул.
Изумился Тёмка. Вот она - Правда.
-Как же так, - спрашивает. Мне вот все про другую Правду говорили. А она - вот какая. Простая.
-А это, - объясняет ему Человек, - оттого, что разная есть Правда. У Хозяина она своя. Собственная. А у нас - человеческая.
Обрадовался тогда Тёмка.
-Хочу, - говорит, - этой человеческой Правды. Человек ведь я, или нет?
-Какой же ты, - отвечают ему, - человек? Все жалуешься да просишь. Оттого и живешь, как скот, и ноги об тебя каждая дрянь вытирает. Хочешь быть Человеком, Правды человеческой хочешь - пробуй мир менять, Правду у Хозяина отбирать. Да вот хоть, мне теперь помоги.
И пошел Человек Тёмка листовки клеить да раздавать. Может, и вам какая в руки попалась. Тут и сказке конец.